«Мы отступали, а люди просили нас остановиться и задержать немцев. Что мы могли им ответить?..»

16:35, 22.04.2015
«Мы отступали, а люди просили нас остановиться и задержать немцев. Что мы могли им ответить?..»

Фото: из семейного архива

«Наша Газета» продолжает спецпроект "Расскажи о своем ветеране", посвященный 70-летнему юбилею Великой Победы.

"Расскажи о своем ветеране"
 

Мы приглашаем всех, кому дорога память о фронтовиках-победителях, поучаствовать в создании НАШЕЙ летописи. В каждом номере газеты и на сайте NGZT.ru мы будем публиковать ваши рассказы о ветеранах – ваших родственниках, хороших знакомых.
Присылайте нам истории и фотографии своих героев на электронную почту ng@ng66.ru с пометкой «Расскажи о ветеране» или по адресу: 620014 г. Екатеринбург, улица Добролюбова, 16, офис 418, "Наша Газета".

Из нашей семьи ушли на фронт мой отец, Муратов Борис Валентинович – ушел на фронт добровольцем, несмотря на бронь. Дошел до Берлина, вернулся домой, но вскоре умер.
Мой дядя, Ксенофонтов Борис Николаевич, 18-летним ушел на войну, а в первые месяцы его матери пришло извещение о том, что он пропал без вести, и до сих пор о нем ничего не известно.

Расскажи о ветеране: Ксенофонтов Борис Николаевич

 

Особо хочу рассказать о моем отчиме – замечательном, добром, умном, скромном, честном человеке. Алаев Григорий Никитич родился в 1904 году в Челябинской области. До войны работал секретарем райкома партии города Свердловска. В 1939 году уходит добровольцем на Советско-финскую войну, служит в должности комиссара полка.
Когда началась Великая Отечественная, ему было уже 37 лет. В начале февраля 1942-го ему дают наконец разрешение уйти на фронт комиссаром Зайсанского стрелкового полка 162-й дивизии. С этим полком он прошел от Новгород-Северского до Сандомирского плацдарма, который находился за рекой Вислой, на территории Польши. Вот что он рассказывал о том времени.

При отступлении люди просили нас остановиться и задержать немцев

«Каждый день нас бомбили. Немецкие самолеты пикировали почти до земли, осматривали каждый куст и овражек. Часто продвигаться мы могли только ночью. В город Алексеев мы пришли утром. Здесь мы испытали самую страшную бомбардировку. Сначала на большой появились немецкие самолеты и стали бомбить зенитные орудия. Потом появились другие самолеты, они бомбили город. Было очень много разрушено зданий и убито людей.
Наконец мы подошли к Дону и стали переплавляться на другую сторону реки на плотах. В это время налетели вражеские самолеты, и началась страшная бомбежка. Плот, на котором я находился, опрокинулся, пришлось переплавляться вплавь, многие погибли, и люди, и лошади. От Дона до Сталинграда было примерно 70-80 километров. При отступлении люди просили нас остановиться и задержать немцев. Что мы могли им ответить?.. Мы отвечали, что обязательно вернемся.

Расскажи о ветеране: Алаев Григорий Никитич

 

Сталин приказал прекратить отступление

Когда мы придвинулись к Сталинграду на расстояние 50 километров, нам прочитали приказ Сталина, в котором было сказано, что отступать больше нельзя – «За Волгой у нас пространства нет!».  Сражения за Сталинград шли кровопролитные. От Дона до Сталинграда почти не осталось целых домов, все было разрушено.
На территории нашего фронта было всего три дома, и в них ночевали 16 пленных немецких генералов. Я пришел в один дом вместе с капитаном, пленные спали на полу, и я спросил у них: «Вот вы своим солдатам говорили: не сдавайтесь в плен русским, они вас расстреляют. А почему вы сами сдались?» И один из них ответил на чистом русском языке: «А мы знали, что вы нас не расстреляете». Этим было сказано все.

Последний плацдарм перед взятием Берлина

«Сандомирский плацдарм за Вислой, в Польше, - это был последний рубеж немцев, поэтому они предпринимали самые отчаянные попытки не пропустить Красную Армию в Германию. Шли страшные бои. Польские деревни переходили из рук в руки. Когда наш полк отходил назад, население деревни убегало впереди полка. А когда полк снова занимал эту деревню, население со своим скарбом возвращалось.

Немцы в своих листовках писали, что у них скоро появится новое смертельное оружие и они нас остановят. О каком оружии шла речь, мы так и не поняли, но на нас обильно и плотно обрушивались из пушек, самолетов снаряды и бомбы.

Последний бой перед моим ранением был особенно жестоким и страшным. От разрывов бомб и снарядов солнца не было видно. В такой тьме самолеты, которые сбрасывали бомбы, таранили друг друга и падали на землю. Горела и земля, и небо. В этом бою горел и я… Тяжело ранен был и командир полка».

После выписки из госпиталя Григорий Никитич получил направление на Украинский фронт, комиссаром фронтового полка связи. 4 мая 1945-го был уже в Берлине, расписался на стене Рейхстага.
В 1946 году он был демобилизован и вернулся в Свердловск. Преподавал в УПИ.

Расскажи о ветеране: Алаев Григорий Никитич

Алаев Григорий Никитич награжден тремя орденами и десятью медалями. Умер в 1998-м на 95-м году жизни.

Дочь Вера Борисовна
 

 

Если вы стали очевидцем какого-то события или у вас есть фото/видео с места, сообщите об этом на почту ng@ng66.ru или по телефону 3-615-515. Также можно написать на WhatsApp или Viber по номеру +79221815515. За сообщение, ставшее темой публикации, мы выплачиваем до 2000 рублей.

Комментировать