Истцом по делу о сибирской язве выступает Раиса Смирнова, она требует возмещения морального вреда в размере 6 миллионов. Объявления размещены от имени адвоката Раисы Смирновой.
Все материалы по этой теме читайте здесь.
Напомним, НАША писала: судебное заседание по иску Раисы Смрновой должно было состояться 3 марта. Но из-за неявки представителя одного из ответчиков – Министерства обороны РФ – его перенесли на 3 апреля. На присутствии этого ответчика настояла Елена Сажина, адвокат жертвы эпидемии сибирской язвы в Свердловске в 1979 году Раисы Смирновой.
Сейчас второй адвокат, работающий по этому делу, Наталья Юрьевна, просит откликнуться других свидетелей эпидемии сибирской язвы 1979 года в Свердловске.
- Объявления расклеили два дня назад, но пока ни один человек, кроме журналистов, не откликнулся, - призналась Наталья Юрьевна.
Журналист НАШЕЙ сообщила адвокату, что в редакцию ппосле публикации статьи о Раисе Смирновой обратились люди, которые уверены, что они стали жертвами сибирской язвы в Свердловске и хотели бы выступить на суде. Редакция пообещала передать их контакты адвокату. Если среди ваших знакомых или родственников есть люди, пострадавшие от эпидемии сибирской язвы в Свердловске, - сообщайте на дежурный телефон редакции "Нашей Газеты" 319-4-319.
Раиса Смирнова – единственная из заболевших жителей Свердловска во время эпидемии сибирской язвы в 1979 году, кто имеет в медицинской карте упоминание об этом заболевании.
Пришедшие на первое заседание суда 3 марта бывшие коллеги Раисы Смирновой по Керамическому заводу говорили о том, что в тот год умирали и болели многие. Но вот все медкарты загадочным образом исчезли.
На прошлой неделе Раиса Сергеевна позвонила журналисту НАШЕЙ и пожаловалась, что ей угрожают неизвестные люди и требуют забарть иск. И у нее есть свидетели - сотрудники скорой.
- Мне стало плохо после того, как я увидела передачу Шеремета. Он называл меня "бабкой Райкой", нес всякую неправду, - рассказала Раиса Смирнова. - Пока мне сотрудники скорой ставили укол, в домофон позвонили. Сначала мужские голоса говорили, что хотят попасть к соседям, но те не открывают. А потом перешли к открытым угрозам. Они говорили, чтобы я перестала судиться.
