Территория общего режима, или детство за колючей проволокой: репортаж из дДома ребенка при колонии под Екатеринбургом

В ноябре в Доме ребенка при ИК-6 в Нижнем Тагиле торжественно открыли обновленную кухню. Корреспондент НАШЕЙ побывал на мероприятии и рассказывает, как живут дети осужденных женщин на территории тюрьмы.

Исправительная колония № 6 в Нижнем Тагиле – одна из немногих женских тюрем, при которой есть Дом ребенка – учреждение вроде детского сада. Вот только в конце дня домой малышей никто не забирает. Их дом там же – рядом с двухэтажными бараками, где отбывают наказание порядка 1 200 осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления женщин, в числе которых – и их матери.

Путь к Дому ребенка лежит почти через всю территорию колонии

Атмосферу некоторой напряженности и безмолвного отчаяния начинаешь почти на физическом уровне ощущать прямо с того момента, как оказываешься у ворот колонии. Шлагбаум, контрольно-пропускной пункт, над ним – небольшая охранная будка, а дальше – в два ряда многокилометровый забор, обмотанный колючей проволокой, со старыми висящими по периметру фонарями.

Несмотря на то, что приехали гражданские, правила для всех одинаковы. Каждая последующая дверь на КПП открывается лишь после того, как захлопнулась предыдущая, причем в тесном пространстве между двумя дверьми могут находиться лишь четверо, включая сотрудницу колонии.  Паспорта на входе забирают. Взамен дают пропуск, метафорически напоминающий о том, что жизнь в периметре кардинально отличается от той, что скрывает закрывшаяся за спиной дверь.

Дом ребенка расположен в другом конце колонии. Несмотря на тысячную «армию» осужденных, на территории пусто и тихо. Но умиротворительным спокойствием это не назвать. Скорее – бушующим одиночеством. Идя вдоль стоящих друг за другом бараков, почему-то вспомнилась фраза из пьесы «В ожидании Годо» Сэмюэля Беккета - «Воздух полон нашими криками. Но привычка все заглушает». Из замерзших окон видны лица женщин, смотрящих нам вслед. Заметив это, сопровождающая нас сотрудница колонии отметила:

- Вы даже представить себе не можете, сколько пар глаз за вами сейчас наблюдает. Особенно за мужчинами.

Дом ребенка мало чем отличается от других зданий

За разговором о насыщенной творческой жизни осужденных и их работе в швейных цехах мы подошли к Дому ребенка, архитектурно ничем не отличающемуся от тюремных бараков зданию. На территорию заходим уже не по трое - колониальная реальность осталась снаружи, угрюмую пустоту нарушает игровая площадка, стихийную тишину перебивают детские голоса и смех.

Минуя спальные комнаты и административные помещения, мы проходим на кухню. В этот день там состоялась презентация обновленного кухонного оборудования. При участии представителей Общественной наблюдательной комиссии и ГУФСИН, регионального отделения Всероссийской полицейской ассоциации, спонсоров и организаторов благотворительного проекта «Солнечные зайчики из страны серых теней», а также самих сотрудников детского учреждения прошла церемония разрезания красной ленты.

Раньше на кухне стояло оборудование 70-х

Для последних этот день стал по-настоящему особенным, ведь до этого им приходилось готовить еду для детей на оборудовании 70-х годов. Страшно представить, как выглядела кухня раньше, но теперь здесь все как в престижном детском саду, если опустить всем очевидные отличия.

После торжественной части повара приступили к приготовлению обеда для детей на обновленном оборудовании, а нас проводили в одну из игровых комнат. Студенты Екатеринбургского театрального института подготовили для малышей кукольный спектакль.

В зал дети заходили неуверенно - были напуганы таким количеством незнакомцев, однако через некоторое время немного привыкли и начали внимательно разглядывать гостей. Вскоре их внимание забрали молодые актеры. С придыханием наблюдая за всем происходящим на «сцене», ребята изредка отвлекались, то с недоверием, то с изумлением бросая взгляды на «дядь» и «теть» в белых халатах, которые нас попросили надеть при входе.

По окончании спектакля детей проводили в обеденную комнату для дегустации блюда, приготовленного на новом кухонном оборудовании. К этому моменту ребят почти не смущало присутствие незнакомых людей. Лишь один, взглянув на толпу у входа, со слезами на глазах начал звать маму. Со всей заботой ребенка начала успокаивать няня, и уже через минуту он продолжил обедать. В тот момент стало немного не по себе, ведь, к сожалению, даже при всем желании мама не придет, не обнимет, не пожалеет. Но это они поймут еще не скоро.

В целом Дом ребенка оставляет положительные впечатления. Для детей созданы все возможные условия для комфортного проживания: теплое отношение со стороны сотрудников, игровые комнаты с множеством игрушек, стеклопакеты на окнах, ковры на полу, полноценная площадка во дворе, хорошее питание. В общем, все как у всех. Вот только высокий забор с колючей проволокой, ограждающий детей от тюремной реальности с одной стороны, и от внешнего мира – с другой, никуда не денешь.

Трехчасовое материнство

По словам начальника Дома ребенка Анны Лобарчук, на данный момент у них живет 97 детей, и почти с каждым из них матери видятся ежедневно:

- Сейчас у нас живет 97 детей в возрасте до трех лет. Их матери могут навещать своих детей каждый день. Для этого внутреннее расписание предусматривает утреннюю и вечернюю прогулку. Первая длится час, вторая – два. Таким образом, три часа в день ребенок может находиться со своей матерью.

Когда ребенку исполняется три года, его передают в детский дом, если ближайшие родственники осужденной не оформили на малыша опекунство. Там его судьба переплетается с сотнями других детей. Также ребенок может попасть по специальной программе в приемную семью. Как отмечает Анна Лобарчук, такое тоже случается нередко.

Расстояние измеряется в годах

Покидая территорию Дома ребенка, вновь сталкиваешься с контрастом этих двух миров. Проходя мимо местной небольшой церкви, здания вечерней школы и все тех же бараков, можно встретить несколько осужденных, вышедших покурить.

Все приветливо здороваются, однако некую опустошенность во взгляде не заметить трудно. Почти уверен, что каждой из них есть что рассказать, чем поделиться, но переговариваться с осужденными запрещено. Все, что было дозволено, - поздороваться в ответ. Трудно осознавать, что, на первый взгляд, нас разделяет всего несколько метров, но здесь, в периметре, расстояние измеряется во времени, поэтому каждый метр конвертируется в долгие годы.

Стоит ли их жалеть? Наверно, однозначно на этот вопрос ответить трудно, ведь каждый из этих взглядов скрывает свою историю. Но уровень драматичности в воздухе все равно во сто крат превышает допустимый.

Мы вновь заходим на КПП, по трое проходим сквозь решетчатые дверные проемы, получаем паспорта и покидаем территорию колонии.

• Дом ребенка - детское учреждение при специальных исправительных колониях. В них отбывают наказание беременные женщины и женщины с детьми до 3 лет, в отношении которых не применена отсрочка отбывания наказания.
• Максимальное наказание для женщины, совершившей преступление, составляет 15 лет общего режима.