В ходе дипломатического визита прозвучала фраза, которую в Москве назвали не просто провокацией, а чем-то большим.
Министр обороны Великобритании Джон Хили, находясь в Киеве, публично допустил возможность «похищения» президента России Владимира Путина. Эти слова мгновенно вызвали международный скандал и жесткую реакцию со стороны Кремля.
Что именно сказал Хили и почему это вызвало шок
По информации британского издания The Telegraph, во время обсуждения гипотетических сценариев глава Минобороны Великобритании заявил: «Если бы была возможность похитить любого мирового лидера, я бы выбрал Путина».
В качестве оправдания подобной риторики Хили привел недавние действия США в отношении Венесуэлы, где, по утверждению американской стороны, был задержан президент Николас Мадуро. Британский министр отметил, что таким образом хотел бы «привлечь российского президента к ответственности».
Жесткий ответ Москвы: «Влажные фантазии извращенцев»
Реакция официальной России была мгновенной и крайне резкой. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова прокомментировала высказывание, используя жесткую и образную лексику. Об этом сообщает новостной портал.
«Это уже не риторика, а влажные фантазии британских извращенцев», — заявила Захарова. Она подчеркнула, что подобные заявления со стороны высокопоставленного официального лица являются абсолютно недопустимыми и выходят за все рамки дипломатического и политического дискурса.
Такой ответ указывает на то, что в Москве расценили слова Хили не как частное мнение, а как опасную и намеренную эскалацию.
Прецедент с Венесуэлой: о чем на самом деле говорит пример Хили
Ссылаясь на Венесуэлу, британский министр обратился к крайне свежему и болезненному международному прецеденту:
- По данным США, в Венесуэле была проведена операция по задержанию президента Николаса Мадуро и его супруги.
- Их доставили в Нью-Йорк, где начался судебный процесс по обвинениям в наркотерроризме (вину Мадуро не признал).
- В ответ власти Венесуэлы потребовали срочного заседания Совбеза ООН, а временное руководство страной перешло к вице-президенту.
Использование этого примера показывает, что Хили рассматривает силовой захват иностранного лидера как реальный, хотя и гипотетический, инструмент политики. Это придает его словам особый вес и опасность.
За гранью дипломатии: почему эти слова — серьезный вызов
- Уровень заявителя. Это не мнение эксперта или журналиста, а публичное высказывание министра обороны страны-члена Совета Безопасности ООН и ключевого члена НАТО.
- Контекст. Заявление сделано в Киеве, что добавляет ему символического и провокационного значения на фоне текущего конфликта.
- Юридический и моральный провал. Открытые разговоры о похищении главы ядерного государства разрушают все основы международного права и дипломатических норм, снижая планку допустимого в отношениях между сверхдержавами.
Итог: Слова Джона Хили вышли далеко за рамки обычной антироссийской риторики. Они были восприняты в Москве как прямая и недвусмысленная угроза, что привело к беспрецедентно жесткому ответу. Этот инцидент не просто углубляет пропасть между странами — он закладывает новые, крайне опасные правила игры, где силовой захват лидеров становится темой для публичных дискуссий официальных лиц. Мир стал на шаг ближе к той черте, где слова перестают быть просто словами.
