Вернувшись с чемпионата мира в австрийском городе Хохфильцене, екатеринбургский биатлонист Антон Шипулин, завоевавший в составе сборной эстафетное золото, оценил свое выступление, рассказал о конфликте с французом Мартеном Фуркадом и поделился планами на ближайшее будущее.
– Для себя отмечаю, что чемпионат мира, в принципе, прошел не очень плохо – на четверочку с минусом по пятибалльной шкале. Потому что есть все-таки положительные моменты. Я наконец-то стал чемпионом мира, о чем давно мечтал. Так что одна из целей достигнута. Но не реализованы какие-то личные амбиции, которые я, в принципе, был готов реализовать на этом чемпионате мира. Многие видели, да и сам могу сказать, что как минимум было три гонки, где я мог завоевывать личные медали, но опять два обидных четвертых места и одно седьмое. Везде не хватало буквально одного выстрела. Но тем и интересен биатлон, что здесь не только разбираешься на лыжне, но еще очень много значат стрельба и психология. Поэтому, в принципе, есть над чем работать. И мы, конечно, с тренерским штабом выстроим правильный подготовительный процесс на летнюю подготовку предолимпийского сезона, чтобы к основному старту следующего года подойти уже со стопроцентной готовностью.
– Вы говорили, что чемпионат мира в Хохфильцене может стать последним в вашей карьере. Действительно ли это был последний чемпионат? Завершите карьеру, так и не завоевав золото в личном первенстве?
– Очень много вопросов в последнее время с этим связано. Но я хочу сказать, что моя самая главная цель – это Олимпийские игры в Корее 2018 года. Я хочу сконцентрироваться полностью на этом и не думать, что будет после них. От того, как пробегу олимпийские старты, будут зависеть и мои дальнейшие выступления. Я не могу сейчас со стопроцентной гарантией говорить о том, буду я заниматься или нет. Покажет время и настрой. Могу сказать, что для любого спортсмена очень важно иметь мотивацию к тренировкам , к результатам, к соревнованиям. Если я почувствую, что я не имею мотивации для дальнейших выступлений, то смысл мне бегать, мучая себя, близких и болельщиков? А если же я найду мотивацию и пойму, что стоит побегать еще год-два, олимпийский цикл, то, конечно, буду продолжать.
– Какие ожидания и какой настрой на корейский этап?
– Самое главное – это предолимпийская неделя. Мы должны очень качественно подойти к этому этапу. Должны очень много анализировать. У нас в приоритете не просто выступление, а анализ всех трасс, стрельбищ, акклиматизационного периода. Мы должны собрать максимум информации, которая пригодится нам в следующем году. Потому что у нас есть всего одна единственная возможность побывать в этом месте перед Олимпиадой. Очень важно заметить те нюансы, которые мы сможем учитывать во время тренировок. Поэтому я с большим наслаждением полечу туда и буду изучать буквально каждый метр дистанций. Будем ходить и смотреть вместе с тренером. Потому что рельеф и стрельбища для летней подготовки мы должны подбирать именно под Олимпийские игры.
Не обошлось без вопроса о скандале с Мартеном Фуркадом. Напомним, что во время смешанной эстафеты француз опрокинул наземь Александра Логинова при смене этапа, а затем подрезал Шипулина на финише. После этого наш спортсмен не стал пожимать руку сопернику во время цветочной церемонии (россияне взяли на этой дистанции бронзу, –Прим.авт.), а на пресс-конференции между Шипулиным и Фуркадом произошла словесная перепалка. Но, вернувшись домой, Антон признал, что многое тогда было сказано на эмоциях.
– После смешанной гонки в Хохфильцине вы сказали, что перестали уважать Мартена Фуркада из-за того, как неспортивно он повел себя на дистанции. Но хотелось бы понять, какое отношение к этому спортсмену было у вас до этого сезона?
– С Фуркадом до этого инцидента мы общались очень хорошо. Всегда узнавали друг у друга, как дела, где тренировались и так далее. После смешанной эстафеты на чемпионате мира, конечно, было очень много эмоций. Я прям немножко взорвался, может, что-то лишнее сказал. Я Фуркада очень уважаю как спортсмена. Но есть в нём какие-то моменты, которые мне не нравятся, и наоборот есть и такие моменты, которые я приветствую. На протяжении двух дней после смешанной эстафеты мы с ним общались, и каждый выяснил для себя какие-то моменты. В чем-то мы с ним сошлись, в чём-то нет. Но мы выяснили позиции друг друга, и это очень важно. Без этой ситуации, я думаю, мы бы не высказали свои мнения , и у нас не было бы такого конструктивного разговора... А увидев, как нас поддерживают болельщики, я еще раз понял, насколько у нас великая русская держава. Один за всех и все за одного. Это очень приятно, когда такая поддержка.
– Но все-таки это можно назвать «холодной войной», или журналисты опять переборщили?
– Ну, конечно, средства массовой информации это очень быстро подхватили. И мне больно было осознавать, что это стало самой главной новостью чемпионата мира. Все-таки мы приехали туда соревноваться, состязаться, показывать спортивные результаты, а не заниматься всей этой политикой.
– Не можем не спросить про допинг. Вы как считаете, спортсмен имеет право на одну ошибку или все-таки нужно сделать так, чтобы он завершал карьеру, если раз попался?
– Тут, в принципе, ситуация такая двоякая. Мы выполняем лишь правила антидопингового комитета. Если они приняли такие правила, что после первой ошибки – два года дисквалификации, мы их выполняем. Конечно, я отношусь плохо к допингу и мне не нравятся те люди, которые идут на это. Я стараюсь всячески пропагандировать среди молодых ребят, чтобы они даже не думали об этом. Но здесь надо понимать, что кто-то принимает допинг умышленно, а кого-то нет. И я думаю, в тех ситуациях, когда спортсмен попался на допинге неумышленно, он имеет право на второй шанс.
Еще один вопрос коснулся ситуации с перепутанным гимном. Во время награждения нашей сборной вместо гимна России организаторы включили "Патриотическую песню" Глинки, которая была гимном до 2001 года.
– По поводу истории с перепутанным гимном во время церемонии награждения – не думаете, что это какой-то заговор?
– Я не думаю, что это заговор. К нам прямо на награждении приходили организаторы и чуть ли не на коленях просили прощения. Я знаю, что оргкомитет даже оштрафовал ответственных за этот инцидент. Я думаю, дело было так: сказали найти русский гимн, так как он давно уже не играл, и в итоге в интернете так и забили «русский гимн» и скачали. Они не могли знать, что этот гимн был в России до 2000 года. Думаю, что это просто такая оплошность. Не думаю, что организаторы должны знать, как звучит каждый гимн. Мы, в принципе, на них не сердимся. Потому что Дмитрий Губерниев помог обыграть нам эту ситуацию красиво. Конечно, у нас голоса не очень хорошие. Спели мы не качественно, но зато этот момент запомнится на всю жизнь.
– Антон, вы заявляли о том, что проведете аукцион и социальную акцию по итогам Кубка мира. Можете рассказать об этом немного подробнее? Чьи вещи там будут представлены?
– Да, на чемпионате мира я опять ходил с протянутой рукой, подходил к иностранным атлетам, спасибо им большое за то, что не отказывали. Все с удовольствием жертвовали свои вещи, которые в дальнейшем будут представлены как лоты на благотворительном аукционе моего фонда. Мы уже такой опыт проходили много раз. И все вырученные средства шли на помощь детям или на закупку какого-то спортивного инвентаря, реконструкцию спортивных площадок или какие-то спортивные мероприятия. Я надеюсь, что и в этом году будет хороший спрос на лоты от знаменитых спортсменов. Будут представлены такие интересные вещи, как комбинезон Бьерндалена, нагрудные номера Тарьей и Иоханесса Бе, шапки перчатки. Доротея Вирер пожертвовала очень много, Дарья Домрачева… В общем, лотов очень много. Мы набрали около 35-40 наименований. Я думаю, что мы их разделим на 2-3 аукциона, чтобы не путать народ и чтобы было более интересно. А провести его собираемся в заключительный этап Кубка мира в Норвегии. Это будет примерно через три недели. Всю информацию можно будет на сайте фонда. Мы решили, что справедливо будет провести интернет-аукцион, в котором смогут поучаствовать не только жители Екатеринбурга, Свердловской области, но всей России и зарубежных стран.
Напоследок корреспондент НАШЕЙ спросил спорстмена о его сыне, которому недавно исполнился год.
– Сейчас очень часто появляются в сети видеоролики с малышами, которых родители поставили на лыжи или сноуборд. Своего сына еще не планируете на лыжи поставить?
– Ну, ему еще год и два месяца. Еще совсем рано ставить на лыжи. Я думаю, в следующем году, как закончу сезон, а ему уже два с небольшим, попробуем поставить на лыжи. Понравится – хорошо, а если нет, то и заставлять особо не будем.
Уже на этих выходных Антон Шипулин отправится в Корею, где будет проходить предолимпийская неделя.
